(см. сноску *)

 

 

Очень чувственное

Вызывал чувства, вызывал, а они не вызываются, и не вызываются. Или те, что вызываются, оказываются совсем не теми, которые вызывал. Потому что те, которые хотел, чтобы пришли, их нужно не вызывать, а будить. Осторожно, помня при этом, что разбуженное чувство может вспыхнуть, разгореться, и как бы не пришлось его после гасить. Взывать к чувствам – занятие неблагодарное. Они не лежат на полке в складе, ожидая того светлого часа, когда, услышавшие срочно прибегут за ними, чтоб выдать тебе под роспись в амбарной книге. Сегодня настоящие чувства, любые – большой дефицит. Гарантийный срок на них вообще не дают, а срок службы там никакой, сократился до секунд. Зарядные устройства к ним – театр, музеи, книги, искусства разные, вздорожали до небес, при очевидном падении качества. О средствах выражения можно и вовсе не говорить, в комплекте к чувствам не идут, инструментарий ссяк. И скоро, кроме чёрного рынка, их и достать будет негде. А так, сплошной контрафакт и заменители – фа́рма, оружие, тухлые яйца, плакаты, кетчупы, вибраторы и наркота. Можно заказать доставку на дом, почти бесплатно. Включил Интернет, или ТВ, и на́ тебе - доставка. Только, ассортимент унылый – ненависть, злоба, гнев, зависть, месть, отвращение, отчаяние, подавленность, ревность, сожаление, тревога, ужас, ярость, список простынный. Тоже чувства. Сегодня ненависть и злобу можно вызвать фамилией, профилем лица, словом поперёк. Много где, в моду входит патриотизм. Идёт нарасхват, причём хватают с одинаковым ажиотажем все, от фашистов до коммунистов, от экспатов до демократов. Несчастные родины, раздираемые этими разношёрстными патриотами, не знают кому наконец отдаться.
Высокие чувства скатились в разделы юмора и экскурсий в прошлое, глубокие – в комиксы о главном и чтение классиков. Небольшая их часть ушла в семью, и какое-то время после свадьбы вполне себе имеют место быть. Потом по-разному. Вплоть до судов и мордобоя. Кто кого бьёт чаще и энергичней статистику не интересует. Не актуально, и большая погрешность в подсчётах, ибо наблюдается резкий рост гендеров в природе, без её ведома, а грань между мужчиной и женщиной всё трудней определить. Идеальным считается вариант, когда о них в конце жизни скажут: «Это ж какой нужно быть женщиной, чтоб прожить всю жизнь с нелюбимым человеком, и похоронить его счастливым. Это ж, каким нужно быть мужчиной, чтоб прожить всю жизнь с нелюбимой женщиной, и умереть счастливым, глядя в её счастливые глаза». Но есть, говорят есть разные, и многодетные пары, не растерявшие высокие чувства на всём протяжении совместной жизни. Учёные работают, ищут. Но геолокация мест проживания таких семейств, как правило, неопределима. Они не светятся на публике. И правильно делают. Публика обожает плевать, кидать грязь, камни и гранаты во всё, что светится.
Ходят слухи о том, что в скором времени, проблемы с вызовом желаемого ассортимента чувств на дом, решит искусственный интеллект. По инсайдерской информации из источников близких к самым высоким кругам создаётся на его базе экстренная служба. Номер вызова у неё будет 200. Ждём…

Рига. Август 2023 г.
© Copyright: Олег Озернов, 2023
Свидетельство о публикации №223082000801

Доброзло

Неспособность злу,- мать доверчивости.
Кто не способен злу, тот не ждёт зла от других, потому априори уязвим, и в проигрыше ему.
Чем больше проигрыш, тем вроде бы ценнее урок, извлечённый из него. Но, это урок данного конкретного зла. Следующее встреченное зло, вероятней всего, будет нераспознаваемо отличным, от познанного ранее, и отнесённого в арсеналы жизненного опыта. Поэтому, снова будет встречено добротой. Зло тестирует душу на самый трудный критерий выбора в восприятии действительности – прощение. Добро предтеча прощения, прощение – одна из сторон добра. Глубинное, истинное прощение предполагает забвение пережитого зла, что само по себе, стирает в сознании остроту приобретённого опыта. Круг замыкается, и он порочен – зло почти всегда застаёт добро врасплох. Хвала, сказавшему: «Добро должно быть с кулаками»! С прощением тогда, что делать? Учиться ему, не забывая при этом выжить.

Рига. Август 2023 г.
© Copyright: Олег Озернов, 2023
Свидетельство о публикации №223082500721

Привет, мой свет!

Вчера, на недописанной строчке, средь бела дня отключилось электричество. Во всём доме. Бздык и капут! Так вот ты какой, кирдык песцовый?!! Ну, красава!
Интересно было понаблюдать себя в нём.
Ни с чем не сравнить гамму чувств, охватывающую тебя, когда вдруг, в свете дня гаснет монитор. Ни с чем не сравнить гамму чувств, охватывающую тебя, когда вдруг, в свете дня гаснет монитор. Выстрел снайпера в самое нужное организму личности. И ты, как курица с отстреленной головой, вроде ещё бежишь, а голова на земле отдельно понимает, что бежать осталось шаг.
Всё вокруг тебя прежнее, но секунд на пять жизнь оборвалась. Как жаль, что нельзя видеть своё лицо в этот момент. Очень хотелось бы.
Вот они, разом – реальное ощущение сиротства, стыд от произвольного газоиспускания в очень общественном месте и чувство конечности бытия, характерное для посетителей кладбищ. Да! И паника с остановкой дыхания. И инопланетяне с теорией заговора вместе. И всё в эти первые секунды перехода в мир иной.
Пока бегал к счётчикам, пытался звонить куда-то, инерция той, нормальной жизни работала. Потом всё. Связь времён разорвалась. Тишина настала такая, что хоть ложкой ешь. Нет, за окном тучи ворон что-то своё с чайками скандально выясняют, а вот звуки цивилизации исчезли. Ага – полный стоп, нет цивилизации в адресе. Машинки за окном ещё бегают, но воспринимаются, как та курица без головы. Прошёлся по дому – стиралка не гудит, стоит растерянная бельём полна и недоумением происходящим. Холодильник сразу стал жалким и лишним. Зачем-то заглянул внутрь – темень. На продукты жалко смотреть. Все в страхе близкой кончины. Грустные очень. За сметану, масло и вчерашний борщ говорить нечего. Притихли в ужасе, обмякают, жижеют от страха. Одни нержавеющие яблоки хихикают над скоропортом противно, а горчицы-аджики всякие, тем всё похрен всегда, молчат горько-назидательно. Мёртвый холодильник, без света, полный продуктов – картина жуткая, и чем он полней, тем жутче. Электрочайник, сестра надысь поставила, последний парок выпускает. В комнатах не слышно шёпота кулеро́в компо́вых, ничего не слышно, и только Неизвестность парит в воздухе, выводя дымным следом под потолком старшное слово Апокалипсис.
Присели с сестрёнкой на диван, друг на друга не смотрим.
– Нам с завтрашнего дня ещё и воду хлорировать обещают, неделю будет не питьевая. Объява висит… Как жить… – Поза уставшей от новой жизни женщины. Взгляд в пол, руки безвольно на коленях. Большой чёрный экран телевизора напротив чёрен, как никогда, кажется воротами в бездну.
– Какая вода? Была бы она… вода… Сижу, растерянный, судорожно вспоминаю, где свечи и думаю, куда пристроить свечу в туалете, чтоб можно было дочитать книгу.
– У тебя мобильник заряжен?
– Как раз собирался поставить на зарядку. А у тебя?
– Процентов сорок есть.
– Живём…

Через пол часа дали свет. И, как сразу заканчивается при сходе на берег морская болезнь, так сразу сошёл на нет ужас происходящего, а симфония звуков вновь заработавшего в доме счастья, заполнила мир надеждой на его продолжение двум пожилым детям технического прогресса. Напомнил о себе папа. У трудолюбивых, но капризных пап это бывает. Он есть, его не замечают, но вдруг достали, надоели дети, мамка дурная – психанёт и хлопнет дверью. Тогда потомство сразу начинает понимать свою детскую зависимость и неблагодарность, всю хрупкость, кажущегося незыблемым благополучия.
Другое дело, что мама не того папу выбрала когда-то, много тысяч лет назад, предпочла Техника Духовнику, но об этом я буду думать в следующий раз, когда папа в очередной раз закапризничает. Если, конечно не дойдёт до того, что батя так хлопнет дверью, что не просто свет погаснет, а дом развалится в пепел.

Такой вот, вздребездюк случился ненароком зимним в одном спальнике рижском о феврале года 2024-го.

Рига. Февраль 2024 г.
© Copyright: Олег Озернов, 2024
Свидетельство о публикации №224020701273