Часть. 16 «Где неизвестность – предполагай ужасы!» (из старинных морских правил)* 

 

*Белые пятна на мореходных картах поры парусного флота обозначались, как неизвестность. Всяк, идущий туда готовился к трудностям и опасностям великим.

 

 «…Предполагать ужасы» - одно. Столкнуться с ними совсем другое.

 

Первый из них случился в приснопамятном августе 1998г. Дефолт в РФ!

Добрая половина кредита освоена. Среднемес. процент – 10 – 10,5%. (часть ставки плавающая с квартальной привязкой к LIBOR). С августа банк повышает процент до 19%.

 Это под дых… Производство работает на 40%, еле тянет текущие платежи. Стройка полным ходом, куча непредвиденных расходов и работ. Послаблений от банка ноль.

9 мес. платили такой процент, потом он очень постепенно стал снижаться (2-3% в квартал), но до исходных цифр так у нас и не дошёл. Пришлось отдать моему приятелю, известному в Латвии финнасовому деятелю, за небольшую сумму для оборотки, часть бизнеса.

 

Второй влупили мои любимые «сателлиты».

После запуска нового компостного производства только два хозяйства из восьми были готовы к старту. Остальные запускались потом ещё в течении года, против обещаний стартовать одновременно с нами. У каждого были свои причины к тому, в т.ч. тот же дефолт (большинство работало с кредитами).

В результате рынок компоста сузился до невозможности. Денежные потоки превращались в ручейки в своей доходной части.

В такой ситуации нечего было и думать о сворачивании собственного выращивания, как это было задумано ранее. Одно утешало - внедрение пакетированного компоста на наших плантациях резко интенсифицироавло выращивание, позволило избавиться от многих тяжёлых операций, средств их механизации, сократить число работников, увеличить производительность предприятия в целом.

 

Часть. 17  Нет худа без добра.

 

В поисках сбыта компоста случайно нашёл в Эстонии (Тарту) крупную заброшенную шампиньонницу. Она простаивала. Купили её владельцы - крупнейшие эстонские производители соков-лимонадов, компания «Ozelfood» (две точки над О), у финнов года три назад за 1.5 млн. евро, как вариант диверсификации бизнеса. Но, так и не смогли сделать качественный компост. Урожайность была ниже плинтуса, производство нерентабельно и было решение её продавать.

Уговорил  попробовать на моём компосте. Ожили. Урожайность зашкалила.

Эстонцы стали моими крупнейшими покупателями сырья.

Постепенно подтянулись и местные сателлиты. Заработали восемь хозяйств. Появились новые кандидаты в «сателлиты» - ещё 6 хозяйств.

Но, началась новая головная боль. Вот её я отношу полностью на свой счёт. Не предусмотрел, хотя, как профессионал, должен был это учесть. Дело в том, что на 90% я с «сателлитами» работал по бартеру «компост-грибы». Фактически это была консигнация. Оплата за компост начинала поступать только с началом сбора грибов с него, через 35-40 дней, и к тому же растягивалась ещё на почти месяц до конца сбора. Разницу в цене компост – грибы я выплачивал деньгами, как правило, сразу. Только вот качество этой продукции было поначалу никудышное. Гриб в основном шёл нетоварный. В начале пути им не хватало технологического опыта персонала. Просчёты у сателлитов на всех стадиях выращивания, сбора, хранения, транспортировки грибов влекли за собой неизбежное падение качества. А иногда и потери урожайности. В таких случаях расчёт и вовсе зависал во времени.

Болезни роста. Душить своих крестьян я не мог, ни морально, ни материально. Нельзя было губить бизнес на корню.

Таким образом, пошёл наплыв грибов, которые можно было продать только после дополнительной переработки. Цвет, размер, внешний вид плодовых тел не позволял..Причём, классическое консервирование – маринование и продажа в свежем виде, не годились. Туда шли отборные грибы высшего сорта. .

 

                                                                                                                                                 

Вот тогда моя матушка Озернова Маргарита Петровна (президент компании, верный друг и соратник) путём непростых и длительных экспериментов разработала рецептуры новых консервов, в которых внешний вид грибов не влиял на товарное качество продукта. Это были уникальные рецептуры, не только по вкусовым качествам и оригинальности, но и по отсутствию в их составе любых консервантов, кроме лимонной кислоты. Грибная икра, ш. маринованные в томатном соусе, грибной экстракт (фото не сохранились)

                                                                                               

Оставалась сушка (ломтики и грибной порошок).

 

                                                           

                                                             

Собственная шампиньонница, консервный цех, сушилка работали на полную. Но… всё больше на склад. Конкуренция по грибным консервам в Л. всегда была жёсткой. Здесь хорошо прописались поляки и голландцы. Консервы шли только на консигнацию 90-120 дней. Оборотные средства консервировались вместе с грибами и растягивались до невозможности.

Тогда начался экспорт грибов в Эстонию. Мелкими партиями, но по всему нашему ассортименту (кроме свежих грибов) через посредника пробились и на американский рынок. Наша продукция выдержала американское тестирование. Поставки росли. Но, вести речь о крупных партиях мы были не готовы. Как не были готовы удовлетворить немцев и шведов, желавших заключить контракты на поставку миллионов банок нашей продукции ежемесячно.  Не хватало свежих грибов, производственных мощностей по консервированию, потенциала нарождающейся отрасли.

Наш маленький консервный цех, при круглосуточной работе мог производить не больше 2-х тысяч банок в сутки.

 

                                                                            

 

 Для увеличения продаж компоста мы выпустили на рынок комплекты, для выращивания ш. в домашних условиях. Эту идею я нашёл в интернете. В комплекте, в картонной коробке был пакет (20кг) засеянного компоста, пакет покровной земли и инструкция по выращиванию. Его можно было поставить в любом тёмном месте дома и вырастить 5-6кг грибов.

 

 

 Необычность товара, экзотичность предложения предопределяли интерес покупателей. За ними приезжали из глубинки, и даже покупали на новогодние подарки. Мы продавали их во всех своих торговых точках на рынках Риги. Были клиенты, которые регулярно брали больше десятка комплектов.

Это было неплохая реклама и для сателлитного выращивания.

 

Третий член нашей команды, моя сестра Вороновская Лариса (коммерческий директор), крутилась белкой в колесе, совершая чудеса на коммерческой ниве. АУПа ведь, практически, не было. Кроме нас - два бухгалтера, а на производстве, один начальник компостного цеха.

 

Тем не менее, сателлитный проект набирал обороты.

 

Для объединения всех участников будущей отрасли под одно крыло, я создал латвийскую Ассоциацию производителей ш.

 

 

 

 В неё вошли все сателлитные хозяйства и «Микос».

Ассоциация представляла интересы производителей в гос. структурах. В её планах было много всего полезного. Это, и разработка программы развития отрасли, помощь чиновникам в разработке и внедрении отраслевых нормативных документов, централизованная подготовка специалистов на базе Елгавской сельхоз академии, координация внутренней политики отрасли, взаимодействие с родственными организациями за рубежом, и.т.д.

 

Не случилось. Просуществовала деточка пару лет и загнулась. Почему? Кроме нас она никому была не нужна. Впрочем, так же загнулось и большинство ассоциаций нетрадиционного с/х Латвии.

 

Продолжение следует.